Выборы в Косово: бойкот и насилие не отменяют диалога

Красноватые ковры в госучреждениях Турции заменят на бирюзовые

Свен Миксер: заложники в правительстве

Почему-либо принято считать, что в политике все, что является делом грядущего - как, к примеру, распад коалиций и создание новейших, - уже издавна как будто бы кем-то предрешено. Очевидно, подобные мысли - только притянутая за уши теория заговора.

Новая политическая история Эстонии знает различные правительственные кризисы. 2-ое правительство Марта Лаара распалось сначала 2002 года лишь опосля того, как центристы и реформисты уже договорились о разработке новейшего правящего союза. В то же время в весеннюю пору 2005 года варианты формирования новейшей коалиции стали находить только опосля того, как правительство Юхана Партса совсем развалилось.

При всем этом решения о сохранении либо распаде имеющейся коа­лиции принимают не какие-то инопланетные силы, а конкретно сами участники - независимо от того, является ли это решение оптимальным либо чувственным. Потому я не желаю предсказывать, когда и при каких обстоятельствах прекратится существование сегодняшнего правящего союза. Просто приведу некие причины, имеющие значение при принятии такового решения.

С крайних парламентских выборов мы привыкли считать, что над партией Альянс Отечества и Res Publica (IRL) повсевременно висит «реформистский меч»: дескать, не будете делать, что молвят - вылетите из коалиции! Отечественники и респуб­ликанцы еще перед прошлыми выборами в Рийгикогу перевели огромную часть собственного бюро и его работников в разные министерства, и следуя данной логике на сто процентов зависят от ключей к кабинетам и машинкам, а почему пробуют хоть какими средствами сохранить правящий альянс. Таковым образом, либералы под опасностью конфигурации состава коалиции держали собственного «младшего коалиционного брата» в ужасе и под контролем.

На нынешний день ситуа­ция коренным образом поменялась. Не поэтому, что IRL на местных выборах выиграли, а реформисты проиграли некоторое количество мест в городских и волостных собраниях.

Причина, быстрее, в стоящем перед IRL стратегическом выборе: идти ли на последующие парламентские выборы в качестве представителя власти, посвятив предвыборную кампанию беседам с людьми о ценах на коммунальные сервисы и отчитываясь за выполнение заключенного с избирателями контракта, либо же

Уйти в оппозицию и испытать повторить фуррор партизанской кампании, лишь что испробованной на местных выборах.

Естественно, у заманчивого плана покинуть правительство будут и противники - для ряда консервативных министров их теплое министерское кресло важнее тактических маневров партии; но таковая угроза, в любом случае, витает в воздухе.

Место для маневра Партии реформ опосля парламентских выборов в 2011 году обеспечила обычная математика. В отличие от коалиционного напарника, у их постоянно была, по последней мере, теоретическая возможность сделать правящий альянс либо с социал-демократами, либо с центристами. Но чем поближе последующие выборы, тем паче сужается это место для маневра.

Ежели представители IRL посчитают таковой шаг политически выгодным, они просто могут покинуть правительство, громко хлопнув дверью. А вот Ансип не может просто повесить на Доме Стенбока табличку в стиле деревни Простоквашино: «Дом вольный, живите кто хотите». Как говорится, ноблесс оближ - на фаворита прошедших выборов распространяется моральное обязательство привести страну к новеньким выборам.

Так что можно огласить, что сейчас роли поменялись, и уже Партия реформ стала заложником IRL в правительстве. Несмот­ря на ядовитые комменты министра денег в адресок фаворитов IRL, сейчас поведение правящего союза диктуют уже министры и пиарщики IRL.

Все это не означает, что правящий альянс непременно распадется, так как вправду трудно придумать другие коалиции на оставшийся до парламентских выборов год с маленьким. У коа­лиции «все против Партии реформ» отсутствует конструктивная общественная часть, у социал-демократов и IRL на двоих не хватает голосов для формирования большинства. Обычным временным решением мог бы стать альянс центристов и реформистов, но в данных обстоятельствах и он кажется не очень настоящим.

Реформисты, позвав центрис­тов в правительство, взвалили бы на себя часть ответственности за коррупцию в руководстве столицей, центристам же нет смысла стремиться попасть в правительство на настолько маленький период, ежели с сиим не связано какое-то ощутимое достижение, что-то в стиле «возвращение стальной дороги» - приметный рост пенсий, понижение цен на элект­роэнергию либо прогрессивный подоходный налог.

То, что правительство реально делает, куда важнее персонала в кабинетах правительства либо партийного состава. А свою работоспособность действующее правительство уже совсем точно исчерпала. Поток новостей, приходящий к общественности из кабинета министров, в основном говорит о том, как Ансип упрекает Вахера, Партс ругает Сели, Тамкиви бранит Партса, Кросс критикует Ансипа, а Лиги дразнит Цахкна. Очередное доказательство того, что коалиция не больна и крепка, а настроение в ней приподнятое. Ну, кто еще в это верит?

Март Лаар в крайнем номере журнальчика «Дипломатия» написал, что «за крайние 10 лет Эстония не поставила впереди себя никаких новейших великих целей, а поточнее даже не пробовала это сделать». Грозная, но справедливая оценка лишенной целей и амбиций политики нашей либерально-консервативной коалиции. Необходимо быть очень огромным оптимистом, чтоб серьезно надеяться на то, что в правящий альянс, который больше сотрясают внутренние противоречия, в наиблежайшие 15 месяцев можно вдохнуть новейшую жизнь. Невзирая на это, может случиться, что сегодняшние партнеры по коалиции вправду досидят до конца собственного срока. Но после чего все равно произойдут огромные перемены.